Вы здесь

“Забута” проза В.В. Вересаєва 20-30-х років XX століття (романи “В тупике”, “Сестры”)

Автор: 
Безкоровайна Оксана Леонідівна
Тип работы: 
Дис. канд. наук
Год: 
2005
Артикул:
3405U002294
99 грн
(320 руб)
Добавить в корзину

Содержимое

Раздел 2
Роман В.В.Вересаева “В тупике”: Своеобразие проблематики и поэтики
2.1. История создания и публикации романа
Роман Вересаева “В тупике” – одно из самых первых крупных произведений о
революции и гражданской войне в советской литературе. Он был написан автором по
горячим следам крымских событий за достаточно короткий промежуток времени – с
1920 до начала 1923 года.
В феврале 1918 года власть в Крыму перешла к большевикам. Осенью того же года
Вересаев отправился в Коктебель на дачу, где он намеревался прожить три месяца.
Но события развернулись иначе: на полуострове началась гражданская война, и
возможность вернуться в Россию оказалась утраченной вплоть до конца 1921 года.
Это был очень тяжелый период для всей страны. “В Крыму в это время было
апокалиптически жутко и катастрофически голодно” [115, 254], – вспоминал
С.Сергеев-Ценский об этом периоде. Чтобы как-то выжить, Вересаеву приходилось
много работать физически, заниматься медицинской практикой. Он болел цингой,
шесть раз становился жертвой грабителей, арестовывался белыми, в газетах даже
появилось сообщение о его расстреле. Однако, несмотря на столь тяжелые условия
жизни, писатель много занимался литературным трудом: “…прилив сил чувствую
необычайный, в жизнь мою мне никогда так не работалось” [93, 376], – записывал
он в дневнике. В это время Вересаев закончил драму “В священном лесу”, рассказ
“Состязание”, литературно-критическую работу “Художник жизни” (о Льве Толстом)
и приступил к созданию романа “В тупике”.
Как правило, написанию крупного произведения обычно предшествовали многолетние
размышления Вересаева над избранной темой, отражавшиеся в его очерках,
публицистике, дневниковых записях. Так было и с этим романом. Анализируя
противоречивые впечатления первых месяцев после февральской революции, Вересаев
практически одновременно издал три небольших брошюры – “Бей его!”, “Наплевать!”
и “Темный пожар”. В них четко отразились общественно-политические взгляды
писателя, считавшего, что насилие, жестокость, отсутствие правовых законов и
свободы слова не могут стать основой построения подлинно демократического
государства. В этих работах наметились многие мотивы будущего произведения, но
понадобилось три года, чтобы мысли Вересаева начали обретать форму романа. К
работе над ним писатель приступил в 1920 году. Мощным толчком к созданию
произведения послужили события революции и гражданской войны в Крыму. Автор
трудился с необычайным увлечением: “…За этот год я написал столько, сколько в
обычном состоянии мог бы написать года в три – четыре” [23, 412], – признавался
он.
Работа над романом “В тупике” продвигалась очень успешно, и уже 9 февраля 1922
года в письме академику П.Н.Сакулину Вересаев сообщал, что готов прочитать
главы из своего нового произведения на заседании общества любителей русской
словесности. По-видимому, значительная часть романа к тому времени была уже
написана. Большой отрывок из него появился в первой книге “Южного альманаха” за
1922 год (Крымиздат, Симферополь). Затем три крупных фрагмента из этого отрывка
были опубликованы в четвертом (июль-август) и пятом (сентябрь-октябрь) номерах
журнала “Красная новь” за тот же год. Для многих, ознакомившихся с содержанием
отрывков, стало очевидным, что изображение революции и гражданской войны в
романе носит совершенно иной характер, нежели того требовала зарождавшаяся
традиция пафосного, героико-романтического описания всего, что связано с
революцией. Писатель не был уверен в беспрепятственном прохождении произведения
сквозь цензуру. В этом сомневался и Н.С.Ангарский, редактор альманаха “Недра”,
в котором Вересаев надеялся опубликовать роман. Пытаясь помочь автору и в то же
время как-то обезопасить себя от возможных неприятностей со стороны властей,
Ангарский обратился к заместителю председателя Совнаркома Л.Каменеву с просьбой
разрешить писателю прочитать отрывки из произведения политическим руководителям
страны. Такое чтение состоялось первого января 1923 года в Кремле. На нем
присутствовали почти все члены Совнаркома: Сталин, Дзержинский, Куйбышев,
Сокольников, Курский и другие. Среди приглашенных были критик А.Воронский, поэт
Д.Бедный, некоторые ученые и деятели искусства.
После прочтения отдельных частей романа началось его обсуждение. “На меня яро
напали. Говорили, что я совершенно не понимаю смысла революции, рисую ее с
обывательской точки зрения, нагромождаю непропорционально отрицательные
явления… Раскатывали жестоко” [93, 378], – вспоминал позже Вересаев. Каменев
возмущался тем, что в произведениях современных беллетристов часто встречаются
“лживые измышления о якобы зверствах ЧЕКа”, Д.Бедный с насмешкой рассуждал о
“сопливой интеллигенции”, с укоризной и недоумением смотрел на писателя
растерянный Ангарский. Сталин, как ни странно, отнесся к роману вполне
одобрительно, хотя сказал, что Государственному издательству публиковать этот
роман неудобно. На удивление горячо в защиту произведения выступил Дзержинский:
“Я, товарищи, совершенно не понимаю, что тут говорят. Вересаев – признанный
бытописатель русской интеллигенции. И в этом новом своем романе он очень точно,
правдиво и объективно рисует как ту интеллигенцию, которая пошла с нами, так и
ту, которая пошла против нас. Что касается упрека в том, что он будто бы
клевещет на ЧЕКа, то, товарищи, между нами – то ли еще бывало!” [там же].
Этот вечер сыграл решающую роль в судьбе романа. Работники Главлита,
ознакомившись с произведением, назвали его контрреволюционным и согласились
печатать лишь после того, как узнали о положительном решении Политбюро. Однако
Вересаеву все равно пришлось идти на уступки: уже в первом издании романа
Главлитом были сделаны т