Вы здесь

Містична символіка як художній компонент романтизму (за матеріалами творів російських поетів-романтиків першої чверті XIX століття)

Автор: 
Сорокін Олександр Анатолійович
Тип работы: 
Дис. канд. наук
Год: 
2005
Артикул:
0405U003793
99 грн
(320 руб)
Добавить в корзину

Содержимое

РАЗДЕЛ 2
ПЕРВИЧНАЯ СИМВОЛИКА В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ТВОРЧЕСТВЕ РУССКИХ ПОЭТОВ-РОМАНТИКОВ ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ ХІХ-ГО ВЕКА
2.1. Первичная символика в лирике В.А.Жуковского. Соотношение первичной символики с инициационным процессом. Влияние В.А. Жуковского на развитие русской романтической поэмы
Наиболее значима среди русских поэтов-романтиков фигура В.А.Жуковского. "Он возглавил целое... течение, называемое нами элегико-гуманистическим и одновременно философско-психологическим и этико-психологическим романтизмом" [146, с. 64-65]. Поэтому интерес литературоведов к творчеству поэта достаточно велик [152, с. 57-60], [192, с.39-72], [154, с. 69-86], [44, с. 172-193], [71, с.299-343], [82, с. 206-237]. Исследователей интересует место Жуковского в русской литературе, значимость его переводов для развития русской поэзии, соотношение романтического двоемирия во взглядах поэта, ориентированного на немецкий романтизм, и многие другие вопросы. Среди разных проблем, интересующих литературоведов, нами выделяется проблема мистического начала в творчестве Жуковского. Считаем важным отметить в связи с этим, что "наличие мистики в творчестве поэта обусловливало неопределенность, недосказанность, многозначность, символику" [146, с. 60].
Жуковский не сразу сложился как романтик. Это подчеркивают многие исследователи его творчества. Чаще всего, говоря о вступлении Жуковского в литературу, называют 1797-й год. Здесь и классицистические произведения ("Благоденствие России", "Добродетель", "Мир"), и сентиментальные ("Мысли при гробнице"; с определенной долей условности, на наш взгляд, "Сельское кладбище").
Несмотря на то, что Жуковский в своих классицистических произведениях опирался на опыт Г.Р.Державина, а в сентиментальных учителем считал Н.М.Карамзина, тем не менее, в 1801-м году намечаются определенные изменения в художественном мировоззрении поэта, постепенно переходящим в романтическое русло.
1801-й год явился для Жуковского годом, когда он участвовал в деятельности Дружеского литературного общества, "прообраза романтических кружков 20-х годов" [155, с. 27].
В обществе изучаются и обсуждаются произведения немецких писателей, "и отсюда - немецкая ориентация Жуковского, чьи литературные вкусы в значительной мере сложились в заседаниях Дружеского литературного общества" [155, с. 31]. Однако ориентация не означает подражание.
Дружеское литературное общество возникло как анти-карамзинское. Несмотря на то, что Карамзин привлекал тем, что "он открыл и узаконил существование "внутреннего человека", мира души, жизни сердца" [155, с. 35], с одной стороны; с другой - он "представлялся молодым писателям "слишком литератором", увлекшим изящную словесность в сферу отвлеченного чувства" [33, с. 35]. Поэтому-то родился в обществе "...чисто романтический лозунг: "У нас нет литературы", впоследствии встречавшийся у всех русских романтиков - от Жуковского и П.А.Вяземского до Белинского" [155, с. 37].
"Нельзя недооценивать влияние философско-этических и эстетических идей русского масонства 90-х годов XVIII века (представлявшего собою своеобразную оппозицию правительству) на мировоззрение романтиков" [155, с. 27].
Достаточно для сравнения обратиться к переводу В.А. Жуковского с немецкого - элегии "К месяцу" И.В.Гёте.
"У Гёте - с самого начала элегическое сетование о невозвратимости прошедшего. Жуковский это произведение оживляет ("Снова лес и дол покрыл..."), но оживляет не для того, чтобы им насладиться, а чтоб со всей интенсивностью пережить печаль утраты. Душа раскрылась, "растворилась" для впечатлений прошлого... Жуковский не обедняет оригинал - он создает иные образы" [161, с.20]. Это связано с программной для Жуковского темой связи Микрокосма и Макрокосма, о чем смотри ниже.
Существует мнение о том, что Жуковский не стал в юношестве масоном, так как, когда масонские ложи XVIII века были запрещены, он не достиг еще совершеннолетия [93, с.47]. Однако при этом как-то забывается, что к началу появления масонских лож нового типа (с 1800 года) юному поэту исполняется 17 лет, а для большинства из них в 1811 году (Жуковскому - 28 лет) правительственным проектом определяется наименьший возраст для посещения масонских лож - 25 лет [166, с.180-181]. Дело, конечно, не в возрасте и не в том, что Жуковского не интересовали идеи адепта масонства И.В.Лопухина [93, с.47], о котором, конечно же, как об интересном мыслителе, поэт знал от своего учителя И.П.Тургенева, а также его сына А.И.Тургенева, и с которым лично встречался [129, с.234]. Не мог остаться поэт в стороне также от иллюмината И.А.Фесслера, пропагандиста идей Фихте, в круг почитателей которого входит и лучший друг Жуковского, все тот же А.И.Тургенев [166, с.174].
Несмотря на то, что в поэзии Жуковского достаточно сильным представляется немецкое влияние с его мистическими мотивами, несмотря на серьезное увлечение идеями иенского романтика Новалиса и личное знакомство с Л.Тиком, двоемирие, свойственное немецкому романтизму (противопоставление таинственного мира сущностей видимому миру явлений), носит у русского поэта иной характер (внешний мир, за видимыми явлениями которого скрывается его таинственная сущность).
В этой сложной обстановке и родился новый поэтический мир Жуковского. Жуковский "...пошел дальше его [Карамзина - С.А.] в своем субъективизме, и он отверг ценность всего действительного, а творчески, поэтически он готов был отвергнуть самое существование действительности вне души человеческой" [48, с.23]. "Он верил в то, во что не верил Карамзин: в человека и прежде всего в человеческую душу, человеческую индивидуальность, высшую ценность индивидуального личного бытия" [48, с. 23].
Прежде чем обратиться к анализу лирики Жуковского с точки зрения наличия в ней мистического начала, данных символов, хотим обратить внимание еще на некоторые суждения Г.А.Гуковского: "В семантических связях стиха [у Жуковского - С.А.] выступали на первый план эмоциональные черты слова. Точнее, его смысловые обертоны,