Вы здесь

"Червоне Колесо" О.І.Солженіцина в контексті розвитку російської літератури ХХ століття.

Автор: 
КЛЕОФАСТОВА Тетяна Вікторівна
Тип работы: 
Дис. докт. наук
Год: 
2002
Артикул:
0502U000215
99 грн
(320 руб)
Добавить в корзину

Содержимое

РАЗДЕЛ II
СИНТЕЗ ДОКУМЕНТАЛИЗМА И ХУДОЖЕСТВЕННОСТИ.
ЛИЧНОСТЬ В ПОТОКЕ ИСТОРИИ

2.1. Своеобразие эволюции образа В.И.Ульянова-Ленина в русской и зарубежной литературе ХХ века
В структуре развернутого многопланового повествования, каким является историческая эпопея "Красное Колесо", сюжетная линия, связанная с образом В.И.Ульянова-Ленина, занимает совершенно особое место. По мнению Солженицына, Ленин является центральной фигурой в российской истории ХХ века, и в "Красном Колесе" это один из центральных персонажей. Впервые образ Ленина возникает в I Узле исторической эпопеи - в "Августе Четырнадцатого", объемно и многогранно особенности этого своеобразного характера вырисовываются в Узле II - "Октябре Шестнадцатого", Узле III - "Марте Семнадцатого", Узле IV - "Апреле Семнадцатого". В последующих Узлах документального концентрированного изложения показана практическая деятельность Ленина в условиях революционной России - в орбиту его разрушительной деятельности вовлечена вся страна.
Для того, чтобы представить совершенно новый подход А.Солженицына к освещению этой темы, остановимся на ряде специфических историко-литературных проблем советской ленинианы.
Образ Ленина появляется в русской литературе в произведениях начала двадцатых годов ХХ века сначала в качестве образа-упоминания, например, в пьесе Вс.Иванова "Бронепоезд 14-69". Затем, в середине 20-х годов, его образ - это композиционно-вставной элемент, эпизодически действующее лицо в произведениях А.Аросева "Недавние дни", А.Тарасова-Радионова "Февраль", Л.Никулина "Адъютант Господа Бога", Н.Алексеева "Явь" и др. Со временем писателей уже не удовлетворяет односторонняя патетичность в изображении вождя. Они стремятся к многогранности и индивидуализации характера этого ключевого для послеоктябрьской русской литературы персонажа, усиливая его идеализацию и мифологизацию. Значительно более сложную художественнуо-эстетическую и политическую разработку получает образ Ленина в трех масштабных эпопеях русской литературы: "Жизнь Клима Самгина" М.Горького, "Хождение по мукам" А.Толстого, "Тихий Дон" М.Шолохова.
Отметим, однако, что и в этих произведениях не создан художественно полнокровный образ В.И.Ленина, он еще более идеализируется и мифологизируется. Культ этого персонажа достигает апофеоза в очерке М.Горького "В.И.Ленин" и поэме В.Маяковского "Владимир Ильич Ленин".
Советская литературная лениниана имеет свою историю, особое место в которой занимают именно названные произведения М.Горького и В.Маяковского.
Несмотря на то, что Горький был далеко не первым из обратившихся к образу Ленина, его по праву считают основоположником литературной ленинианы. В очерке "В.И.Ленин" он создал такой художественно своеобразный и вместе с тем сознательно идеализированный образ Ленина, о котором скупая на похвалы Н.К.Крупская заметила: "Живой у Вас Ильич. Правда все"
[71, 52].
Горький рисует Ленина объемно, многогранно, воспроизводит манеру говорить, убеждать, мыслить, показывает Ленина как оратора, собеседника, воинствующего революционера, государственного деятеля. Писатель сумел создать величественный и обаятельный образ Ленина, простого "как правда", "большого, настоящего человека мира сего".
Следует отметить, что в публикациях последних лет говорится о трагичности судьбы Горького, который к концу жизни ценой больших нравственных потерь пришел к оппозиции тоталитаризму и был устранен за это Сталиным. Реальный, живой Горький много сложнее созданного литературоведами и утвердившегося рафинированного портрета основоположника социалистического реализма. По ранее не публиковавшимся воспоминаниям И.Бунина, М.Алданова, В.Ходасевича, Р.Роллана и других Горький предстает гораздо более многогранной и противоречивой личностью. Об этом свидетельствуют и довольно резкие отзывы писателя о философской работе Ленина "Материализм и эмпириокритицизм", и дело, которое было заведено на Горького в 1922 г. на Лубянке, и урезанный цензурой очерк "В.И.Ленин", и резкие отзывы писателя о Ленине и противоречиях выпестованной им пролетарской революции в книге "Несвоевременные мысли".
Идеализация образа вождя революции для Горького, который не мог уже тогда не заметить глубоких противоречий зарождающегося тоталитарного строя, обернется трагедией. Позже один из критиков русского зарубежья
Г.Адамович скажет: "Судьба М.Горького - это незаживающая рана всей русской литературы", трагедию его жизни предстоит тщательно изучить, разобраться в фактической информации о его отношении к революции, о взаимоотношениях с Лениным и Сталиным [72].
Следует отметить, что в этом направлении уже ведется интенсивная работа. Значительная часть документов, собранных в архивах страны и долгое время закрытых для исследователей, сегодня открыта, издана публицистика М.Горького первых лет революции. Хотя до сих пор не найден политический архив М.Горького, который привезла в 1936 году М.И.Будберг, приехавшая в Москву по просьбе тяжело больного писателя. О глубоких, долгих и трагически-прекрасных взаимоотношениях Горького и Будберг (ей посвящен роман-эпопея "Жизнь Клима Самгина") с лиричной тактичностью пишет Нина Берберова в книге "Железная женщина" (М., 1991). Она же дает некоторую информацию о политическом архиве Горького, хранившемся у Марии Игнатьевны Будберг.
Заведующий архивом А.М.Горького при Институте мировой литературы Владимир Барахов пишет, что была надежда найти эти документы в недавно переданной Институту той части архива Горького, которая раньше хранилась в президентском архиве. Надежда эта не осуществилась, однако, как считает Барахов, вполне вероятно, что эти документы займут свое место в архиве
А.М. Горького [73].
Но и открывшиеся уже документы и факты протестуют против благонамеренности и аккуратности, в рамки которых было втиснуто творчество писателя. В свете рассматриваемой проблемы особый интерес представляет публицистика Горького первых лет революции. В 1918 году вышли в свет две публицистические книги Горького. Первая под названи