Вы здесь

Формування гендерних стереотипів у західноєвропейській філософії (історико-філософський аналіз)

Автор: 
Власова Тетяна Іванівна
Тип работы: 
Дис. докт. наук
Год: 
2007
Артикул:
0507U000581
99 грн
(320 руб)
Добавить в корзину

Содержимое

Раздел 2.
МЕТАФИЗИЧЕСКАЯ КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ В КЛАССИЧЕСКОЙ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ
2.1. Историко-философский контекст кодификации гендерных стереотипов в культуре античности и средневековья
Проблемы, связанные с особенностями формирования и функционирования гендерных стереотипов в классической западноевропейской культуре представляют собой предмет особого интереса для философа, поскольку реальный способ проявления мужского и женского в общественной среде сегодня претерпевает существенные изменения, провоцируя переоценку "гендерных ценностей". Существование политических, экономических, религиозных, социальных различий между мужчинами и женщинами в современных обществах делает необходимым обращение к глубинным историческим основаниям их возникновения и функционирования. Понять, насколько значимы и правомерны новообретаемые социальные роли, "проигрываемые-проживаемые" современными мужчинами и женщинами в изменившихся условиях постклассических культур, выявить основные закономерности функционирования современных гендерных стереотипов, опираясь только на личный опыт, невозможно. Сегодня стало ясно, что многие отличия, характерные для мужчин и женщин, которые традиционно принято считать биологическими, появляются в результате специфики социализации пола, то есть мужское и женское - это социокультурный конструкт, а не природно-биологическая данность. Чтобы понять это, человечеству пришлось пройти длительный путь, нашедший отражение в культурологической и историко-философской рефлексии пола. Таким образом, глубокий социо-философский анализ процесса формирования гендерных стереотипов в классической западноевропейской культуре возможен только с привлечением результатов историко-философской и культурологической рефлексии, что позволит увидеть исток гендерных различий, проанализировать своеобразие, а также адекватно отразить особенности их функционирования в культуре.
Рассматривая представленность гендерных стереотипов в самосознании классической западноевропейской философии в качестве методологической установки, следует ориентироваться на позицию Н.Чухим, которая утверждает: "Актуализация историко-философских рефлексий относительно пола вообще и женщины в частности выявляет, что эта тематика, будучи периферийной, маргинальной в контексте актуальных философских вопросов - мира, Бога, Человека, истины - тем не менее, присутствует в работах почти всех ведущих философов [112, с. 30]". Ориентируясь на это утверждение о "гендерной" неравнодушности философского знания, и будет представлена концепция формирования гендерных стереотипов в метафизических размышлениях различных эпох развития классической западноевропейской культуры.
Установленным является тот факт, что символика маскулинного и фемининного складывается уже в архаических культурах, но стереотипизация и закрепление противоположности мужского и женского происходит только в патриархальных обществах. При рассмотрении функционирования этих феноменов в архаических культурах исследователи подчеркивают, что у примитивных, дописьменных народов, где еще нет окончательного закрепления патриархальных социальных отношений с явной маскулинной доминантой, отсутствует идея принципиальной разницы между фемининными и маскулинными типами поведения. Постепенно в недрах мифопоэтического сознания вырабатывается система бинарных различительных признаков. Среди этих различительных бинарных оппозиций обычно выделяются следующие стереотипные противопоставления, характеризующие противоположность мужского и женского: логичность - интуитивность; абстрактность - конкретность; инструментальность - экспрессивность; сознательность - бессознательность; власть - подчинение; порядок - хаос; независимость, индивидуальность - близость, коллективность; импульсивность, активность - статичность, пассивность; непостоянство, неверность, радикализм - постоянство, верность, консерватизм и т.д.
Исследователями установлено, что гендерные стереотипы прослеживаются в различных текстах, начиная с Аристотеля. Если обратиться к системе противоположностей Пифагора так, как она представлена в аристотелевской "Метафизике" [113, с. 77], то, очевидно, что позитивные ассоциации вызывают характеристики мужского. Нет сомнений, что греки связывали мужской, прямой, светлый и добро, подобным же образом - женский, кривой, темноту и зло, что до сих пор лежит в основании системы патриархатных гендерных стереотипов. То, что греческий "мужской" неподвижен, а "женский" - движущийся, не говорит о потери престижа "мужского" у греков, для них быть свободным от всякого движения выше, чем быть субъектом движения,- активного или пассивного.
Исследователи отмечают, что в античной философии VI-V вв. до н. э. антропологическая проблематика рассматривалась в контексте проблем натурфилософии, где гендерные характеристики - мужское и женское - являются лишь двумя чередующими и дополняющими друг друга характеристиками. В то же время, как только в западной философии центральной становится антропологическая проблематика, проблематика человеческой субъективности, в философском мышлении возникает и ее ведущая бинарная оппозиция - разум и тело, где разум ассоциируется с рядом позитивных характеристик (духовность, сознание, рациональность, активность и т.д.), а тело - с серией негативных характеристик: чувственное, бессознательное, нерациональное, пассивное и т.д. [114]. Следует отметить, что, начиная уже с текстов Платона, мыслителями подчеркивалась контрастность дефиниций, связанных с мужским/женским. Мужское, по Платону, это "духовная беременность", а женское - "телесная": "Те, у кого разрешиться от бремени стремится тело, ... обращаются больше к женщинам, ... надеясь деторождением приобрести бессмертие и счастье... Беременные же духовно беременны тем, что как раз душе и подобает вынашивать ... разум и прочие добродетели [115, с. 166]". Но даже в сфере чувственного опыта Платон отводит женщине низшее место, характеризуя "высшую" любовь как Эрот Афродиты небесной, котор